Путин – БЕСтолковый политик 3 (культ силы)

В России нагнетают агрессию, милитаризм, бряцают оружием – ясно к чему приведёт такая политика. Яркий пример – трагедия в Керчи. И это будет повторяться, потому что после каждой трагедии ищут внешних врагов, ограничивают свободы оставшихся в живых, а реальных выводов мы не делаем. Демонстрируем культ силы, культа мудрости нет.

Агрессия и милитаризм

Даже в самом благополучном обществе отдельные убийцы, маньяки будут. Но можно регулировать вероятность этих событий. Если вы наращиваете вероятность чего-то, вы нарвётесь рано или поздно. В Российской Федерации нагнетают агрессию, милитаризм, безконечно апеллируют к каким-то военным струнам в душах людей, бряцают оружием — в общем, так или иначе, героизируют насилие во имя идеи, всё время тема войны – война, война… Что тогда удивляться, когда отдельные неокрепшие умы начинают брать на вооружение идеологию войны, насилия, смерти, убийства.

Скептики говорят, что в Советском Союзе же была и «зарница» и военные сборы, и вообще нагнетание милитаризма.

Да, но есть два существенных отличия:
— Во-первых, в СССР никакого серьёзного отношения ко всем этим государственным затеям не было, а сегодня всё это берётся за чистую монету. Уровень лицемерия в советском обществе 80-х годов зашкаливал, никто не относился всерьёз ни к чему (только и делали, что рассказывали анекдоты про Брежнева и Горбачёва), и программу «Время» никто не смотрел, это всё было уже фольклором. Никто всерьёз про «ястребов» американских не воспринимал информацию. Сейчас, видимо, прошло время и у людей пропал иммунитет к пропаганде, они едят её большой ложкой.
— Во-вторых, в СССР по отношению к войне был чёткий императив: больше никогда не допустим войны, «Миру — мир!» Бесконечно пацифистская была пропаганда, никто не пропагандировал войну. А сегодня кругом «Можем повторить!» — это новинка. Война была однозначно ужасным, негативным событием прошлого, и затем уже героическим прошлым. Сегодня на первом месте, война – это героическое, на втором – трагическое. А раньше было наоборот: в первую очередь – трагедия, и «Мы за мир!». Потому что были люди, которые помнили, что такое война. Все эти любители наклеек «На Берлин!», они понятия не имеют, что такое война, они никогда не были на войне. И тут нужно немножко интеллекта, фантазии, я бы даже сказал, чтобы представить, почитать, может быть, воспоминания реальных людей. Я тоже не был ни на какой войне, но я достаточно восприимчив к слову, чтобы понять и почувствовать, что это ад на земле. И тут никакая идея это не оправдывает. А им нравится, у них войнушка, у них в голове героизм.

А откуда же возьмётся интеллект и интуиция, если всё окружающее информационное пространство давит и интеллект и интуицию?

Так вот, если воспитывать милитаризм – это то, чем занимается сейчас наша пропаганда, она пропагандирует милитаризм, — тогда не удивляйтесь, что люди хватаются за автомат, особенно неокрепшие. Если подогревать милитаризм в обществе, на местах начнутся точки кипения, в самых слабых местах, слабых интеллектуально, психически. Поэтому у нас такая шизофрения в этом плане: с одной стороны, мы боремся с компьютерными играми и боремся с культом насилия в кинематографе, и говорим: ай-яй-яй! С другой стороны, мы всё готовим детей к войне, и это, видимо, больше работает, такая подготовка: «зарницы», милитаризм, «Можем повторить!», все эти военные реконструкции, взятия картонных рейхстагов. Вот он результат.
* Александр Маленков – главный редактор журнала «Maxim» («Эхо Москвы»)

Как страна реагирует на трагедию

Керчь это трагедия, но эта трагедия выявила за собой такую диагностику, катастрофическую социальную диагностику, что мама не горюй.

Реакция совершенно типовая: украинский след, враги. Ну, конечно, закулиса виновата. И я сразу ждал, когда будет ограничение свобод, вот тут же в течение дня. После любого теракта закручиваются, зажимаются права оставшихся в живых. Не наказываются те, кто довёл до этого теракта, допустил его, а ущемляются в правах оставшиеся в живых, под криками требования национальной безопасности и так далее. Потом скорбеть, брови супить, говорить высокие слова: «Враг не пройдёт», «У терроризма нет будущего», — вот объелись уже, слышать нельзя больше всей этой пошлости. Путин заявил, что Америка и глобализация виноваты. Ну, конечно, кто бы сомневался. Не те, кто легально выдали оружие больному психически человеку в руки, взрывчатку. Вот не ими занимаются, а Тарантино у нас виноват. А почему не «Брат», не «Бумер» или «Танки»? Ну, хорошо, Тарантино. Америка виновата. Это Америка по федеральным каналам «Брата» показывает. Другое дело, что я плюну и отвернусь, кто-то посмотрит и усмехнётся, а кто-то после этого проникнется идеей культа силы.

Страна облучается ненавистью, облучается культом силы, демонстрирует «Можем повторить!». Демонстрирует культ силы, больше никакого, собственно говоря, культа мозгов нет. Все, в которых квартирует совесть, съезжают или уходят в маргиналы. Культ силы страна демонстрирует на государственном уровне.

Как реагируем на трагедию?
— Немедленно традиционно зажиманием свобод, ограничением свобод.
— Немедленно патриотическая лексика.
— Немедленно поиск внешних врагов.
Всё, что угодно, кроме существа вопроса. И это значит, что это будет повторяться, потому что мы не делаем реальных выводов. Трагедии используют: Клинцевич, Поклонская, Путин… – все эти негодяи, которые уже докомментировались до чёрт знает чего, и это всё в телевизоре. Потом будут спрашивать: а что это у нас народ такой дурной? Ребята, а он пьёт это дерьмо 20 лет, потребляет вёдрами, чего же вы хотите.
* Виктор Шендерович – писатель («Эхо Москвы», 18.10.2018)

* Путин – БЕСтолковый политик
* Путин – БЕСтолковый политик 2 (РПЦ)