Полицейский режим в России (Шендерович)

Россия – страна с полицейским режимом. Никакой легитимности власти здесь нет. Это хунта, и они просто ломают через колено, потому что могут это сделать. Никакого закона, они просто держат взаперти людей, параллельно выламывая им руки, как Галяминой, где-то можно плеснуть зелёнкой, полить дерьмом, это уже факультативно. Но это полицейский режим. Независимые кандидаты сидят, выборы подоночные состоятся – функционирует полицейский режим, он себе сам объявляет легитимность, уже не спрашивая нас.

Это одна банда – люди в погонах, которые обеспечивают неприкосновенность Пригожина, люди в мантиях, которые выносят приговоры, люди с микрофонами, которые изображают из себя журналистов, люди, которые изображают из себя депутатов, сенаторов – это одна банда. Часть из них в погонах, часть в мантиях, часть в костюмах, в платьях со значками – это одна банда. Песков же не будет плескать дерьмом, должны быть какие-то люди, которые не побрезгуют, должны быть пригожинские какие-то. А они просто закроют глаза, просто не смогут найти, все в полиции понимают, что это классово близкие, поэтому с ними ничего не будет. Они [титушки] могут плескать зелёнкой, поливать дерьмом, срывать спектакли, нападать на граждан, ломать носы и так далее – ничего им не будет, этих людей крышуют.

Они охамели абсолютно, они чувствуют свою безнаказанность. Кто может наказать Пригожина, с руки которого ест Путин? Кто его накажет? Для этого должна смениться власть. Для того чтобы Пригожин за все свои убийства (убийства!) понёс наказание, и за все свои многочисленные преступления – должна для этого смениться власть. Мы не можем сменить власть. Единственное, что мы можем – это называть вещи своими именами. Не на Первом, Втором канале, но хотя бы здесь. Не валять дурака, и не закатывать глаза и говорить: «Что же это за люди такие напали? Почему же полиция бездействует?». Какая полиция, где вы видели полицию?

Что делать?

Во-первых, надо зафиксировать это. Во-вторых, я сейчас говорю о модели поведения: единственное, что мы можем сделать – это называть вещи своими именами. И перестать говорить о парламенте, депутатах, сенаторах, полиции, суде. Мы должны зафиксировать, что у власти полицейский режим, он называется путинским – по имени главного в этой корпорации, условно называем режим путинским. Это полицейский режим, законного там ничего нет, легитимного там нет ничего, там нет ни парламента, ни сената, никаких выборов давно не было, и никакого президента, разумеется, нет. Посмотрите Конституцию, никакого президента Путина после 2012 года быть не может. Есть власть, которая окопалась и не уходит, и у нас нет сил сегодня ничего с этим сделать. Зафиксировали. Это очень полезная внятная констатация. Именно эта констатация, её внятность, по крайней мере, среди тех людей, которые склонны минимально к рефлексиям, внятность этой формулировки послужит некоторому ускорению исторического процесса.

* Виктор Шендерович / Особое мнение / 29.08.2019